В спорах о благотворительности есть не совсем удобный вопрос: «Вы спасаете котиков, а рядом умирают люди — вам не стыдно?». В нем своя, жесткая, логика: если ресурсы ограничены, если ты не можешь помочь всем, то обязан выбирать самые тяжелые, самые «человеческие» страдания. Кажется, что это этика взрослого ответственного человека. Но есть нюанс. Самые бедные, самые суровые регионы планеты — Алтай, Сибирь, Тибет, Непал, отдаленные районы Индии живут по-другому. Традиция выкупать животных с бойни, тратить последние деньги на спасение коня или козы существует здесь тысячелетиями. И эти люди не считают себя предателями своего рода.
Почему так, выясняли с писателем и культурологом Карагаем, исследовавшем архаические практики Сибири и Востока без ложной сентиментальности.
Выкуп жизни: алтайская и сибирская традиция
У народов Саяно-Алтая, в суровой земле, где зима длится полгода и каждый кусок мяса на счету, есть обычай, который современный городской человек с его калькулятором добра назвал бы безумным.
- Например, мимо кочевья проходил караван. В караване вели скот на убой — коней, баранов. И любой прохожий, любой сосед, даже случайный путник мог остановить хозяина и сказать: «Этого коня я выкупаю. Он будет жить», - делится Карагай. - Деньги отдавались настоящие, иногда последние. Животное забиралось в хозяйство, получало имя и доживало свой век. При этом никто не спрашивал: «А не лучше ли эти деньги отдать голодным детям?». Потому что в этой культуре такой вопрос не имел смысла. Выкуп коня у скотобоев для алтайца — не зоозащита и не жалость. Это поступок перед лицом смерти. Традиция учила: если ты прошел мимо живого существа, которое можно спасти, сославшись на «важные дела», ты проиграл. Боги или духи, которым все равно, бедный ты или богатый, спросят с тебя за этот проход.
Иными словами, это не конкуренция страданий. Это экзамен, который человек сдает сам себе.
Тибет, Непал, Индия, Китай: сострадание как качество, а не бюджет
Теперь — южнее. В Тибете и Непале (буддийская традиция) и в Индии (индуистская) практика выкупа живности называется цетар или просто «освобождение жизни». Это не экзотика для туристов, а повседневный, массовый, иногда разорительный для бедного человека акт.
Люди, у которых самих нет лишней рупии, собирают деньги, чтобы выкупить яков, коз, рыб или птиц с рынка и отпустить. Мы скажем безумие, но вот что важно.
Эти культуры никогда не противопоставляли помощь животному и помощь человеку, потому что в их картине мира сострадание — это не деньги в кошельке, которые ты переложил из одной кучи в другую. Сострадание — это свойство души, и оно либо есть, либо его нет.
- Человек, который отказывает животному в помощи, говоря «мне надо сосредоточиться на людях», на самом деле часто просто проверяет, есть ли у него оправдание для равнодушия, - уверен Карагай. - Древние традиции такой лазейки не давали. Помогай тому, кто рядом, и не думай, что щедрость — это конечный ресурс.
И в этих словах нет нападения на тех, кто помогает только людям, есть только констатация: ложная дилемма «или-или» придумана в кабинетах, а не в полях, где люди действительно знают, что такое нехватка.
Отдельно — о Китае. В современном Китае, где, несмотря на экономический рост, миллионы людей живут небогато, буддийская практика «освобождения жизни» (по-китайски фаншэн) остается народной, низовой. В Тибете, во Внутренней Монголии, в деревнях провинций Юньнань и Сычуань люди выкупают скот и птицу не от хорошей жизни, и одновременно жертвуют на больницы, на школу, на соседа, у которого сгорел дом.
Противоречия нет, потому что нет подсчета добрых дел, а есть просто понимание: жизнь одна. И какая именно жизнь перед тобой — человеческая или звериная — не отменяет самого вопроса: «Можешь ли ты пройти мимо?».
- Не бойтесь, что помогая бездомной собаке, вы украли таблетку у больного ребенка. Сердце не банковский счет. Сострадание не убывает от того, что его тратят на многих. Оно убывает только от одного — когда его не тратят вовсе, - уверен Карагай.
Вернемся к исходному вопросу: зачем помогать животным, когда гибнут люди?
Ответ древних традиций Алтая, Сибири, Тибета, Непала, Индии, Китая звучит непривычно для уха современного прагматика: помогать животным нужно не вместо людей, а рядом с ними. Потому что способность к состраданию не знает видовых границ.
Если сегодня вы приучите себя проходить мимо муки животного, потому что есть дела поважнее, завтра вы научитесь проходить мимо муки чужого человека. Послезавтра — мимо муки соседа. Логика приоритетов всегда находит новый, более важный повод отложить помощь.
Традиция выкупа жизни — это не наивность. Это древняя, жесткая, проверенная тысячелетиями практика, напоминающая: милосердие не терпит прагматичного расчета. Оно либо работает на всех подряд, либо не работает вовсе.
И бедные народы, у которых самих часто не было ничего, знали это лучше нас с вами. Может быть, нам стоит у них поучиться.
